Commit graph lct-hack/Makefile
Author SHA1 Message Date
Ivan Gerasimov
456f3cd34d lct-06: голосовой контур VAD → STT → звонящий → TTS, с перебиванием
Контур замкнут без LLM: звонящий отвечает заготовками через слот-автомат.
Живой диалог через WebSocket прошёл 5 раз подряд без сбоев: первая
реплика после снятия трубки — 87–154 мс, ход — 1.2–1.4 с, перебивание —
88–90 мс. На LLM до цели 1.5 с остаётся 100–300 мс.

Задача ответа живёт, пока у курсанта доигрывает звук: перебивание —
это отмена одной задачи, и tts.end приходит, когда звонящий
действительно замолчал.

Что нашлось при сборке:
- Silero молча выбрасывает цифры: «улица Ленина, дом… квартира…» без
  номеров. Числа и сокращения разворачиваются в слова до синтеза.
- onnxruntime брал все 16 ядер и вытеснял синтез, первый вызов был
  холодным: распознавание 576 мс вместо ~210. Прогрев на старте и по
  4 потока на модель.
- Весь адрес одним предложением — ~455 мс синтеза до первого звука.
  Длинное предложение режется по запятым, номер от улицы не отрывается:
  ~250 мс.
- Первая реплика «Алло! Помогите!» запускалась мимо задачи ответа и не
  перебивалась вовсе.

Отдельно: сломал make dev — num2words попал в pyproject, а Dockerfile
ставил зависимости ручным списком, и бэкенд в контейнере упал на
импорте. Образ теперь ставит зависимости из pyproject.toml.

Голоса в контейнере нет: под WSL модели работают нативно, make back.
2026-09-17 15:04:17 +03:00
Ivan Gerasimov
dcdec56779 lct-02: замер задержки голосового контура, make latency
Замер на машине разработки (Ryzen 7 8845HS, WSL2), не на демо-машине —
там make latency надо прогнать трижды, разброс между прогонами до 20%.

Распознавание — GigaAM v3 RNNT int8: фраза на 2 с за ~285 мс, WER 0%
на 99 словах живой речи Golos. CTC не быстрее ни в одном из двух прогонов
и ошибается чаще: время съедает общий энкодер, поэтому ступень деградации
«RNNT не успевает → CTC» по скорости ничего не даёт.

Синтез — Silero v5: в 10 раз быстрее реального времени, а не в 40, как
заложено в STACK.md; первая фраза 100–250 мс в зависимости от длины.
Частота синтеза на скорость не влияет, без профилирующего компилятора —
на 13% быстрее.

Сквозной бюджет: 600 мс endpointing + ~285 STT + ~150 TTS = ~1 с без LLM.
Цель ≤ 1.5 с держится, только если LLM отдаёт первое предложение быстрее
~465 мс. Вопрос, считается ли филлер «алло?..» первым звуком, записан
в LATENCY.md для людей.

make models качает GigaAM и Silero VAD с Hugging Face. Silero TTS лежит
на российском хосте, недоступном из-под VPN: скрипт не лезет на зеркала
(.pt грузится через pickle — это чужой код) и честно говорит, откуда
скачать вручную.
2026-09-17 14:44:02 +03:00
Ivan Gerasimov
f24031b5b2 lct-08: каркас фронта, типизированный сокет, захват микрофона
Направление канала зашито в тип: у наблюдателя Out = never, отправить
нечего и нельзя; у преподавателя нет входящих. Разделение прав
архитектурное и на фронте тоже. Пока соединения нет, события не копятся:
истина на сервере, после переподключения придёт актуальное состояние.

Ресемплинг 48 → 16 кГц усредняет по окну выходного сэмпла: без фильтра
всё выше 8 кГц наложилось бы на речь и испортило распознавание. Проверено
числами: секунда звука — ровно 50 кадров по 320 сэмплов из 48 и 44.1 кГц,
помеха 15 кГц подавлена до 7.8%. Эхоподавление и автоусиление браузера
выключены: гарнитура эхо не даёт, а обработка портит речь для STT.

Бэкенд принимает бинарные кадры по тому же сокету, что и события; кадр
не того размера отбрасывается с одним предупреждением, а не 50 в секунду.

Логирование приложения не было настроено: uvicorn настраивает только
свои логгеры, и весь INFO модулей app.* молча терялся — нашлось, когда
в логе не оказалось строки о принятых кадрах.

make lesson запускает занятие и печатает ссылки на экраны — пульта
преподавателя ещё нет, а открыть АРМ курсанта без занятия не с чем.

Путь из браузера с живым микрофоном не проверен: нужен человек, шаги
записаны в карточке.
2026-09-17 14:19:38 +03:00
Ivan Gerasimov
7c97310938 lct-07 (без LLM): слот-автомат, персона, звонящий на заготовках, make repl
Звонящий не выдаёт данные сам: автомат держит раскрытые факты явно и
отдаёт звонящему только их. Тест прогоняет длинную серию реплик и
проверяет, что ни один нераскрытый факт не прозвучал.

Главная находка — матчинг по порогу близости не работает. На
multilingual-e5-small настоящие вопросы дают 0.79–0.95, а «Оставайтесь
на линии» — до 0.89: диапазоны перекрываются, и любой порог либо выдаёт
адрес на «успокойтесь», либо не слышит «где вы находитесь?».

Решение — сравнение с ближайшим соседом: у пункта чек-листа несколько
формулировок (examples), рядом общий список не-вопросов
(checklists/common.yaml), и реплика засчитывается пункту, только если она
ближе к нему, чем к любому не-вопросу. На отложенных фразах: 19 из 20
вопросов, 0 из 8 ложных срабатываний.

Реплика режется только по границам предложений, со знаком: «?» для e5 —
сильный признак вопроса, без него «Куда ехать» уходит к не-вопросам.

Подсказка берёт неотработанный пункт из автомата. В живой сессии автомат
начнёт слышать оператора, когда голосовой контур передаст ему stt.final.

Ждёт ключа LLM: условие approach у скрытых фактов, звонящий своими
словами, dialog/llm.py с кэшем.
2026-09-17 13:57:43 +03:00
Ivan Gerasimov
6b2c96bab6 lct-03 и lct-04: журнал сессий и библиотека сценариев
БД: 11 таблиц, первая миграция. Группы и связь trainee → group заложены
сразу, даже пустыми — размечать накопленные сессии задним числом значит
делать лишнюю миграцию. Номер попытки живёт в сессии, отдельной таблицы
попыток нет: дельта считается запросом по (trainee_id, scenario_id).

Сценарии: строгая схема — опечатка в имени поля падает на старте, а не
игнорируется молча. ground_truth собирается кодом, попытка задать
incident_type, dds или required_facts в YAML отвергается: иначе генератор
разведёт факты и эталон и курсанта оштрафуют за правильный ответ. Руками
задаются только нормализованные адрес и число пострадавших — из фразы
«улица Ленина, 14, квартира 47, 5-й этаж» кодом «улица Ленина, 14»
не достать.

GET /api/scenarios/{id} больше не отдаёт чек-лист. Это содержимое
подсказок: отдать его целиком значит выдать в контрольном режиме то,
чего там быть не должно, в обход выдачи по одному пункту.

Тесты базы поднимают свой движок на каждый тест: глобальный кэшируется
и привязывается к первому событийному циклу.
2026-09-15 20:10:05 +03:00
Ivan Gerasimov
7b7dd38e9f каркас: домен, генерация типов фронта, стенд и карточки задач
Контракт в коде: КИО по нормативу, 43 события WS по шести союзам направлений,
таймеры ГОСТ, таксономия E1–E6, шесть компетенций радара. make types гоняет
их через JSON Schema в generated.ts, тест ловит забытую регенерацию.

Стенд: docker compose postgres + backend, health отвечает, база досягаема
из контейнера бэкенда. Makefile не врёт — нереализованные цели падают
и называют карточку, которая их закроет.

frontend/.npmrc: под WSL2 npm install зависает на дефолтных 15 сокетах.
2026-09-15 19:35:03 +03:00