Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции.
- Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить
пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль
и проверка «это твой разбор».
- Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия
классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии:
значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть
её должен администратор, а не проверяющий на защите.
- Журнал действий с фильтром, только на чтение.
- Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный,
а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого,
администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит.
Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них:
в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста
проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить,
случайно добавив обработчик.
Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке.
Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой
событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура,
дающая движок на тест.
193 теста зелёных (12 новых).
Самое крупное расхождение с ТЗ: входа не было вовсе, экраны открывались
ссылкой с номером занятия, и пускало знание адреса.
- Таблицы users и audit_log, миграция. Пароль argon2, сессия — подписанная
cookie; роль на сокетах читается из той же cookie в момент рукопожатия,
отдельного протокола авторизации в канале нет.
- Разграничение: control — преподавателю, observe — преподавателю и админу,
call и station — обучающемуся и преподавателю. Отказ приходит событием
error с кодом forbidden.
- Обучающийся не видит чужого: история подменяет фильтр на его собственный
идентификатор, разбор и профиль сверяют trainee_id. ТЗ запрещает доступ
к чужим результатам, а не только к чужим экранам.
- Администратору закрыта правка оценок — ТЗ запрещает это прямо.
- make users заводит по записи на роль и печатает случайные пароли один раз:
зашитый в репозиторий admin/admin пережил бы сдачу.
- Экран входа и проверка роли на каждом маршруте фронта.
Наши инструменты не сломались: make lesson и тесты входят через dev-token
за флагом dev_auth_bypass, на стенде точка отвечает 404 — выключенной
функции не должно быть видно вовсе. У тестов появился conftest.py.
Role уехала в домен и в generated.ts через EventCatalog.principal: иначе
фронт переписывал бы список ролей руками.
181 тест зелёный (14 новых), make typecheck чистый.
Оператор системы-112 службу не выбирает: он проставляет формализованные
признаки происшествия, комбинация признаков даёт код ЕКП, а коду соответствует
список оповещения, который система собирает сама (docs/spec/DATASET.md).
Прежняя модель с полем dds из пяти значений оценивала действие, которого
в боевой работе нет.
- scripts/import_ekp.py (make ekp): книга заказчика → app/domain/ekp.json,
1283 кода, 61 служба, 23 группы. Разовый импорт, результат под гитом:
читать xlsx в рантайме — лишняя зависимость и полсекунды на старте.
- domain/ekp.py: справочник с ленивой загрузкой, каскад значений признаков,
список оповещения с модификаторами (нет доступа, угроза людям, пострадавшие,
газификация и ещё десяток).
- КИО: поля signs, incident_code, notify. Последние два только на чтение
и пересчитываются при каждой правке признаков; добавленная вручную служба
не теряется, удалить службу нельзя — как в боевом АРМ.
- GET /api/ekp/signs отдаёт один уровень признаков, а не дерево на полмегабайта.
- Карточка на фронте: три каскадных селектора вместо выбора службы.
- Оценка: метрика incident_signs (E2, маршрутизация). Для размеченных сценариев
dds_choice больше не считается — список оповещения производен от признаков,
и штрафовать за него отдельно значит наказать дважды за одну ошибку.
Разбор книги оказался основной работой: имя службы лежит то в первой строке
заголовка, то во второй, то склеено с модификатором; «Классификатор МЧС» —
заголовок группы колонок, а не служба. Правила разбора в докстринге импорта.
113 тестов зелёных (14 новых в tests/test_ekp.py), make typecheck чистый.
Работа над ошибками становится измеримым циклом: посмотрел разбор →
попробовал снова → увидел дельту по оценке, времени опроса и добытым
фактам.
В отчёт занятия добавлена сводка числами — время опроса, факты,
подсказки, коды ошибок. Без неё дельту пришлось бы вытаскивать разбором
текста метрик («94 с»), а это путь к тихим ошибкам.
Радар — среднее по попыткам: одна неудачная попытка не определяет
курсанта.
Проверено сквозным тестом на живой базе: два занятия одного курсанта
дают две попытки и посчитанную дельту. Проверка доступности базы в тесте
была ложной — синхронного драйвера в проекте нет, и тест молча
пропускался.
Мягкие директивы перекрывают дугу сценария и применяются со следующей
реплики: разговор не дёргается от того, что преподаватель что-то нажал.
Жёсткие правят ситуацию — обрыв связи рвёт звук тем же механизмом, что
перебивание, и запускает норматив обратного дозвона; второй пострадавший
правит эталон; неточный адрес снимает раскрытый факт, и оператор обязан
переспросить.
Своя копия сценария на занятие: директивы правят факты и эталон, а
сценарий был общим на библиотеку — правка в одной группе протекла бы во
все остальные. Тест проверяет, что библиотека не изменилась.
Свободный текст честно отказывает: офлайн-дерево предгенерировано,
произвольную фразу взять неоткуда, и преподаватель видит это на пульте.
Ни одна директива не трогает карточку курсанта — он управляет ситуацией,
а не работой обучаемого.
Занятие теперь собирается целиком и только потом регистрируется:
наблюдатель мог увидеть его без слот-автомата и звонящего.
Эталонный диалог собирается кодом из фактов и чек-листа: написанный
руками, он разошёлся бы с фактами при первой же правке сценария,
и курсанта оштрафовали бы за правильный ответ.
Отчёт: метрики фактом против норматива со ссылкой, отметка E1 на каждый
недобытый факт с эталонным вопросом, расхождение самооценки — что
курсант заметил сам, чего не заметил, что отметил зря. Не заметил —
самое ценное для разбора.
Внешний монитор — не отдельное приложение, а другой режим отрисовки тех
же событий: крупный таймер опроса, ход разговора, карточка, после оценки
разбор на весь экран.
Коррекция преподавателем сохраняет автооценку рядом: видно, что
скорректировано и кем.
Найдено: все метрики весили одинаково, и курсант, не задавший ни одного
вопроса, но заполнивший карточку руками, получал 87 из 100. Предварительные
веса (полнота опроса — 4) дают 74; окончательные утверждает методист,
вопрос записан в DEBRIEF.md.
Правило сервера, а не интерфейса: score.ready курсанту уходит только
после self_assessment.submit, обойти его через DevTools нельзя.
Преподаватель и монитор получают оценку сразу — им ждать нечего.
Чек-лист для самооценки отдаётся отдельной точкой и только после конца
звонка: во время разговора это содержимое подсказок, и открыть его
значило бы выдать в контрольном режиме то, чего там быть не должно.
Попутно подключён расчёт оценки при завершении звонка — детерминированный
слой был написан в lct-12, но его никто не вызывал.
Тест на отсутствие события смотрит очередь курсанта, а не ждёт из сокета:
ожидание того, чего не будет, вешает прогон навсегда.
БД: 11 таблиц, первая миграция. Группы и связь trainee → group заложены
сразу, даже пустыми — размечать накопленные сессии задним числом значит
делать лишнюю миграцию. Номер попытки живёт в сессии, отдельной таблицы
попыток нет: дельта считается запросом по (trainee_id, scenario_id).
Сценарии: строгая схема — опечатка в имени поля падает на старте, а не
игнорируется молча. ground_truth собирается кодом, попытка задать
incident_type, dds или required_facts в YAML отвергается: иначе генератор
разведёт факты и эталон и курсанта оштрафуют за правильный ответ. Руками
задаются только нормализованные адрес и число пострадавших — из фразы
«улица Ленина, 14, квартира 47, 5-й этаж» кодом «улица Ленина, 14»
не достать.
GET /api/scenarios/{id} больше не отдаёт чек-лист. Это содержимое
подсказок: отдать его целиком значит выдать в контрольном режиме то,
чего там быть не должно, в обход выдачи по одному пункту.
Тесты базы поднимают свой движок на каждый тест: глобальный кэшируется
и привязывается к первому событийному циклу.
