lct-hack/backend/app/admin/backup.py

197 lines
9.2 KiB
Python
Raw Normal View History

feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
"""Резервные копии базы.
ТЗ требует копирования не реже раза в сутки. Копия — это `pg_dump`, и брать
его неоткуда, кроме самой базы: на машине с нативным бэкендом клиента Postgres
может не быть вовсе. Поэтому сначала пробуем локальный `pg_dump`, потом —
тот, что лежит в контейнере базы, и только если нет ни того ни другого,
честно говорим, чего не хватает.
"""
import base64
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
import logging
import os
import shutil
import subprocess
import tempfile
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
from datetime import datetime, timezone
from getpass import getuser
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
from pathlib import Path
from urllib.parse import unquote, urlsplit
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
from app.config import get_settings
log = logging.getLogger(__name__)
DIR = Path(__file__).resolve().parents[2] / "backups"
#: Контейнер базы в docker compose проекта.
CONTAINER = os.environ.get("POSTGRES_CONTAINER", "lct-hack-postgres-1")
TIMEOUT_S = 120
# pg_dump 17 добавляет эту настройку в plain SQL, а целевая PostgreSQL 16 из
# Compose её ещё не знает. Остальной plain dump обратно совместим; удаляем
# только служебный SET, не данные и не DDL.
INCOMPATIBLE_SETTINGS = (b"SET transaction_timeout = 0;\n",)
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
class BackupError(RuntimeError):
"""Копию снять нечем или не удалось. Сообщение показывается администратору."""
def _restrict_file_permissions(fd: int, path: Path, platform_name: str | None = None) -> None:
"""Закрыть резервную копию от остальных локальных пользователей.
chmod(0o600) не задаёт ACL на Windows, поэтому там icacls удаляет
наследуемые разрешения и оставляет полный доступ владельцу процесса и
системной учётной записи. При ошибке копию не публикуем.
"""
platform_name = platform_name or os.name
if platform_name == "nt":
username = getuser()
domain = os.environ.get("USERDOMAIN")
if domain and "\\" not in username:
username = f"{domain}\\{username}"
system_root = Path(os.environ.get("SystemRoot", "C:\\Windows"))
icacls = system_root / "System32" / "icacls.exe"
try:
result = subprocess.run(
[str(icacls), str(path), "/inheritance:r", "/grant:r",
f"{username}:(F)", "*S-1-5-18:(F)"],
capture_output=True,
text=True,
timeout=15,
)
except (OSError, subprocess.TimeoutExpired) as exc:
raise BackupError("не удалось задать ACL резервной копии через icacls") from exc
if result.returncode != 0:
raise BackupError("Windows не применила закрытый ACL к резервной копии")
return
if hasattr(os, "fchmod"):
try:
os.fchmod(fd, 0o600)
except OSError as exc:
raise BackupError("не удалось ограничить права резервной копии") from exc
else:
try:
os.chmod(path, 0o600)
except OSError as exc:
raise BackupError("не удалось ограничить права резервной копии") from exc
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
def _dsn() -> tuple[str, str, str, str, str]:
"""Разобрать DATABASE_URL на части для pg_dump."""
url = get_settings().database_url
try:
parsed = urlsplit(url)
user = unquote(parsed.username or "")
password = unquote(parsed.password or "")
host = parsed.hostname or ""
port = parsed.port
database = unquote(parsed.path.lstrip("/"))
except ValueError as exc:
# Не включать исходный URL в диагностику: он содержит пароль.
raise BackupError("не удалось разобрать DATABASE_URL") from exc
if not all((user, password, host, port, database)) or "/" in database:
raise BackupError("не удалось разобрать DATABASE_URL")
return user, password, host, str(port), database
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
def listing() -> list[dict]:
"""Готовые копии, новые первыми."""
items = []
try:
with os.scandir(DIR) as entries:
for entry in entries:
if not entry.name.endswith(".sql") or not entry.is_file(follow_symlinks=False):
continue
stat = entry.stat(follow_symlinks=False)
items.append({
"name": entry.name,
"size_bytes": stat.st_size,
"at": datetime.fromtimestamp(stat.st_mtime, tz=timezone.utc),
})
except FileNotFoundError:
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
return []
except OSError as exc:
raise BackupError(f"не удалось прочитать каталог резервных копий: {exc}") from exc
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
return sorted(items, key=lambda item: item["at"], reverse=True)
def create() -> dict:
"""Снять копию. Возвращает описание файла, как в `listing()`."""
user, password, host, port, database = _dsn()
try:
DIR.mkdir(parents=True, exist_ok=True)
except OSError as exc:
raise BackupError(f"недоступен каталог резервных копий: {exc}") from exc
stamp = datetime.now(timezone.utc).strftime("%Y%m%d-%H%M%S-%f")
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
target = DIR / f"lct-{stamp}.sql"
if shutil.which("pg_dump"):
command = ["pg_dump", "-h", host, "-p", port, "-U", user, "-d", database]
env = {**os.environ, "PGPASSWORD": password}
stdin_data = None
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
elif shutil.which("docker"):
# В контейнере база доступна как localhost, а не по хосту из DSN.
# Пароль передаём через stdin, а не аргументом `docker exec -e`,
# поскольку аргументы процесса могут быть видны другим пользователям.
script = (
"IFS= read -r encoded_password || exit 1; "
'PGPASSWORD="$(printf %s "$encoded_password" | base64 -d)" || exit 1; '
'export PGPASSWORD; exec pg_dump -U "$1" -d "$2"'
)
command = ["docker", "exec", "-i", CONTAINER, "sh", "-c", script,
"lct-pg-dump", user, database]
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
env = dict(os.environ)
stdin_data = base64.b64encode(password.encode("utf-8")) + b"\n"
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
else:
raise BackupError(
"нечем снять копию: нет ни pg_dump, ни docker. "
"Поставьте postgresql-client или запускайте базу в контейнере проекта"
)
try:
result = subprocess.run(
command, capture_output=True, timeout=TIMEOUT_S, env=env, input=stdin_data
)
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
except subprocess.TimeoutExpired as exc:
raise BackupError(f"pg_dump не уложился в {TIMEOUT_S} с") from exc
except OSError as exc:
raise BackupError(f"не запустился pg_dump: {exc}") from exc
if result.returncode != 0:
raise BackupError(result.stderr.decode(errors="replace")[:300] or "pg_dump завершился с ошибкой")
dump = result.stdout
for setting in INCOMPATIBLE_SETTINGS:
dump = dump.replace(setting, b"")
if not dump.startswith(b"--\n-- PostgreSQL database dump"):
raise BackupError("pg_dump вернул неожиданный или пустой формат")
# Публикуем только полностью записанный dump. При аварийном завершении
# процесса список копий не должен показывать обрезанный файл как готовый.
try:
fd, temporary_name = tempfile.mkstemp(prefix=f".{target.name}.", dir=DIR)
except OSError as exc:
raise BackupError(f"не удалось создать временный файл копии: {exc}") from exc
temporary = Path(temporary_name)
try:
with os.fdopen(fd, "wb") as stream:
_restrict_file_permissions(stream.fileno(), temporary)
stream.write(dump)
stream.flush()
os.fsync(stream.fileno())
temporary.replace(target)
except Exception as exc:
try:
temporary.unlink(missing_ok=True)
except OSError:
log.exception("не удалось удалить временную копию %s", temporary.name)
if isinstance(exc, OSError):
raise BackupError(f"не удалось записать резервную копию: {exc}") from exc
raise
size_bytes = len(dump)
created_at = datetime.now(timezone.utc)
log.info("резервная копия: %s, %d КБ", target.name, size_bytes // 1024)
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
return {
"name": target.name,
"size_bytes": size_bytes,
"at": created_at,
feat: АРМ администратора — записи, состояние стенда, аудит, копии (lct-24) Целый раздел ТЗ, от которого не было ни одной функции. - Учётные записи: завести, сменить роль и службу, заблокировать, сбросить пароль. Обучающемуся заводится и карточка курсанта — на ней висят профиль и проверка «это твой разбор». - Состояние компонентов: база, модели речи, эмбеддинги, провайдер LLM, версия классификатора, число живых занятий. Отдельной строкой — секрет сессии: значение по умолчанию не ошибка запуска, но на стенде это дыра, и увидеть её должен администратор, а не проверяющий на защите. - Журнал действий с фильтром, только на чтение. - Резервные копии: кнопка и make backup для cron. pg_dump берётся локальный, а если его нет — из контейнера базы; если нет ни того ни другого, администратор видит, чего не хватает, а кнопка не молчит. Границы роли выражены отсутствием маршрутов, а не проверками внутри них: в разделе нет ни одной точки, трогающей оценки или пишущей в аудит. Два теста проверяют это перебором маршрутов роутера — так запрет нельзя ослабить, случайно добавив обработчик. Найдено по ходу: тесты с базой падали в компании и проходили поодиночке. Движок SQLAlchemy кэшировался на процесс, а каждый TestClient поднимает свой событийный цикл — пул привязан к первому. Появился db.base.reset() и фикстура, дающая движок на тест. 193 теста зелёных (12 новых).
2026-09-20 09:11:12 +03:00
}